Bleach. New generation

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Bleach. New generation » Флешбэк » «Я не один»


«Я не один»

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

Название: «Я не один» (c) Старк Койот
Описание: 47 год после окончания Зимней войны (11 лет назад) Днем ранее Койот перешла на сторону лесных арранкар, убив и сожрав парочку из них. Однако маленькую скромную девочку забрала с поля боя с собой, когда та была без сознания. Ибби подлатал какой-то из медиков по приказу Ннойторы. Тому было, в общем-то, плевать, но Шерриган потребовала. Тем не менее пол суток волчонок проспала.
Ночь. Лагерь лесных под открытым небом. Вокруг тишина. Трещит костер. За спящей девочкой из темноты наблюдают два змеиных стеклянных глаза.
Действующие лица: Ибби, Шерриган Койот.
Место действия: Лес Меносов
Статус: активен.

Отредактировано Sherrigan Coyote (23-05-2018 01:35:56)

0

2

Из ее жизни медленно стирались все, кто в ней когда-либо появлялся. Тогда, когда Ибби думала что теперь и ее время исчезнуть, та проливала слезы не по своему жалкому существованию, которое вот-вот и оборвется. Девочка искренне оплакивала Гойо, потому что тот был одним из немногих кто не просто хорошо к ней относился, но и не причинял ей боли. Были еще Савьер и Вильфредо, которые делали все, что могли для того, чтобы она стала сильнее, но эти двое всегда строго наказывали ее за ошибки. Естественно, ее печалила и гибель бывшего медика Лас Ночеса, ведь тот так ею гордился, научил говорить и правильно держать оружие чтобы быть полезной. Но как же жаль господина Гойо...
Другие арранкары часто пользовались ее желанием поделиться тем немногим, что у нее было. После девочке было за это обидно, но она никогда не позволяла себе грубить тем, кто с ней так поступил. И пусть Агата не раз задирала ее и своими выходками чуть не доводила ее до слез, розоволосой было жаль, что не стало и той. Ведь в какой-то день та могла захотеть стать ее другом, вместо того, чтобы пожелать в очередной раз утащить то, что ей дали в качестве еды. Больше Агата не сможет передумать или щелкнуть ее по носу. Почему у нее нет друзей?.. Или почему когда они появляются, они исчезают быстрее чем от щелчка пальцев?
Ибби чувствовала как холод расползается внутри нее, вызывая дрожь во всем теле, которое покрывалось мурашками. Горло ее было напряжено, а губы искривлены. Она не хотела вновь плакать из-за того, что была одинока. Но как же тяжело этого не делать.
Девочка моргнула пару раз, видя как картинка расплывается. Дотронулась до глаз руками, невольно отмечая то, какие горячие у нее веки, но все равно обмакивая тыльную сторону ладоней и не растирая теми влагу, зная что потом будет проще понять, что "Ибби опять ныла". Она вновь услышала в голове голос Агаты, которая не раз говорила это при ней, совершенно не смущаясь от того, что малышка слышала ее и понимала.

Сейчас ее не беспокоило ни где она находилась, ни как она здесь оказалась, ни будет ли вообще жить или ее принесли для того, чтобы съесть позже. Все это отошло на второй план и захлебнулось под пучиной грусти по павшим собратьям, среди которых был добрый господин Гойо. Как же все щемит внутри от этой мысли. Почему она продолжает раз за разом возвращаться к этому?
Ибби убрала руки от лица, после чего заметила две блестящих точки, что уставились на нее. Кто-то другой бы кинул первым, что попалось ему под руку, в ту сторону. В горести нет ничего лучше, чем сломать что-то или хотя бы попытаться. Она же давно смирилась с тем, что другие решают что с ней произойдет и если эти другие, более сильные, постановили, что ей больше не жить, то тут ничего не попишешь и крушить чужую собственность не поможет. Даже наоборот, только разозлит взрослых.
Но эти глаза, а она достаточно быстро поняла, что за ней наблюдают, несмотря на то, что этот кто-то совсем не моргал, заставили ее отвлечься от грустных мыслей. Ребенок проглотил собственный вхлип, после чего икнул, но отвечал существу в темноте его же монетой. Кто за кем наблюдает, что они оба смотрят друг на друга и ничего не делают? Розоволосая прыснула, находя мысль забавной, после чего на лице вновь образовалась кислая мина. Как смеет она позволять себе хоть что-то находить смешным (даже когда оно не такое, но после стольких волнений невольно начнешь улыбаться от самой глупой шутки), когда столько знакомых из лагеря были убиты.
Она обняла собственные колени, после чего отметила, что физически чувствует себя не так уж и плохо. Как если бы кто-то, помимо Гойо, пытался залечить ее. Да и что там, не только пробовал, но и очень успешно поколдовал с ее ранами.

+1

3

Серпьенте находилась сегодня в подавленном состоянии. Вряд ли бы хоть кто-то смог прочитать это в ее стеклянных глазах, но уход из замка отразился на рептилии гораздо сильнее, чем даже на ее хозяйке. До самого конца она надеялась, что все можно изменить. Даже в тот самый момент, когда ее спутница пожирала сырую плоть своего еще полуживого врага, впиваясь в него зубами. Отвратительное зрелище. Оно вызвало бурю волнений даже в душе столь сдержанного существа. Тем более что на тот момент они были единым целым. Вот только осознание, что Шерриган способна сделать то же самое с невинным ребенком, заставило Серпьенте оцепенеть от ужаса. Именно это чувство позволило в результате оставить Койот, вновь отделившись от ее тела. Сер до самого конца не хотела понимать, что же в их жизни пошло не так и почему сейчас они были здесь. Именно «не хотела». Потому что на самом деле все было понятно уже очень давно. И объяснения эти были слишком глупыми и не стоили всего этого…
Все то время, пока девочка спала, змея наблюдала, не сводя глаз. Несмотря на все свои чувства, она все еще оставалась существом мудрым, которое в любой ситуации умело сохранить холодный рассудок. Она понимала, что раз обратного пути уже нет, значит, они должны создать что-то новое для себя здесь. Здесь… в этой пучине первородного арранкарского хаоса. Они только вошли в этот мир, а их уже окатило грязью. Почему Койот не хотела понимать, насколько это отвратительно? Почему они не могут вернуться домой? Именно в момент этих удручающий мыслей Ибби, наконец, проснулась. Серпьенте даже не пошевелилась, продолжая просто наблюдать. Эта девочка… сможет ли она стать тем, что не даст Койот окончательно превратиться в такое же животное, с какими им пришлось столкнуться? Пока Шерриган вновь и вновь повторяла, что стремиться именно к этому, Серпьенте нужна была ниточка, что привяжет экс Сегундо обратно к ее человеческому нутру и не даст той окончательно сорваться. Именно такой спасательной ниточкой мог стать этот ребенок. Да. Койот, что оставила в замке своих младших брата и сестру, нужен был именно кто-то вроде нее. С угрюмой иронией можно даже подумать, что в столь отвратительной ситуации им все же в какой-то мере повезло, раз они встретили Ибби сразу.
В момент же, когда девочка нашла в себе силы посмеяться в такой-то ситуации, змея поднялась, выгибаясь вверх. Она все также была довольно далеко, где-то в метрах пяти точно. Свет костра освещал ее совсем едва ли, отчего черное тело сливалось с темнотой вокруг. Кажется, Сер уже решилась подползти ближе, даже сделала податливое движение вперед, но в голове вдруг раздался знакомый голос: «Она проснулась?»
Змея остановилась, вновь внемля разуму. Все же этот ребенок может быть опасен для нее, насколько бы невинным не казался с виду. После всего, что той пришлось пережить, нельзя было так беспечно желать какой-либо близости. Шерриган была рядом, но эти двое не находились в ее поле зрения. Поэтому реши розоволосая убить непонятное существо, что вдруг решило бы вступить с ней в контакт – у нее это наверняка бы получилось. Какая… беспечность. Серпьенте вздохнула.
Койот не дождалась ответа. Впрочем, он был ей и не нужен. Арранкарша в этот самый момент как раз приближалась к костру, не скрывая своего присутствия. Вокруг было умиротворенно тихо, настолько, что слышался треск сучьев в костре. Её это успокаивало. То, что нужно после всего произошедшего за последние два дня. До сих пор не верилось, что она здесь… что столько осталось позади. Она специально утащила Ибби в отдаленную от лагеря часть Леса. Потому что пока была еще попросту не готова полноценно социализироваться среди старых-новых собратьев.
Шерр медленно прошла к костру, лишь краем глаза взглянув на девочку, дабы убедиться, что та, действительно, проснулась. Немногим ранее она ушла, дабы раздобыть еды. Теперь же Койот волочила за собой тушу небольшого пустого, что была уложена рядом с ребенком. Сама экс Сегундо молча села с другой стороны от убитого, а затем принялась подбрасывать бревна в огонь. Внешний вид у нее был совсем не солидный. От формы Белого замка почти ничего не осталось после боя, из-за чего с горем пополам Шерр раздобыли другую одежду. Та была заметно велика, да и явно мужская. Скорее всего, она была снята с какого-нибудь трупа их собрата. В общем,  все явно говорило о скупости в удобствах этого места. Однако Койот не жаловалась, изначально не строя себе воздушных замков. Её легко можно было назвать избалованной принцессой своего отца, но скорее в отношении его к ней чувств. Комфортом экс Сегундо могла поступиться. А за одеждой можно будет и в мир людей сходить. Неприятно, но что уж там.
— Поешь, – наконец, произнесла хоть что-то Койот, замечая, что Ибби никоим образом не притронулась к пустому.
Естественно, того Шерр принесла сюда для девочки. К тому же ей самой подобной туши было бы маловато для восстановления сил. Поэтому сама арранкарша «поужинала» еще в процессе охоты. К слову, все еще используя гонзуи. Потому что вспоминать вкус чужой плоти на зубах было страшновато. Койот отнюдь не всегда приветствовала каннибализм в столь естественной форме. Более того, от таких мыслей сейчас ей еще становилось жутко и даже противно. К тому отношению к еде, какое оно будет у нее через десяток лет, Шерр придет совсем не сразу и точно не в этот день…
Койот села на землю возле костра и уже полноценно перевела взгляд на девочку. Взгляд спокойный и несколько уставший. Смотрела явно не враждебно. Да и вообще выглядела весьма расслаблено. Ее занпакто и вовсе был отложен в сторону. Она молча изучала ребенка с десяток секунд. А затем глубоко и все также устало вздохнула, запуская пальцы рук в волосы и слегка поджимая губы. «И что с тобой делать?»
«Для начала можно представиться,» – прозвучал голос Серпьенте в голове.
Змея как раз подползла к хозяйке, взбираясь по ее телу и обвивая левую руку той. Она не умела читать абсолютно все мысли Шерр, слыша лишь те, что сама арранкарша хочет до нее донести. Однако прекрасно понимала, что юный возраст незнакомого им существа, вызывает у Койот двойственные чувства. В том числе и замешательство. Она никогда не умела общаться с детьми, даже имея младших брата и сестру. С первым это происходило полностью с его инициативы, со второй же они были слишком не близки. Короткая и еле заметная усмешка.
— Меня зовут Шерриган Койот. Я дочь бывших Примеро и Трес эспады, ранее занимавшая в Белом замке место Сегундо, – она никак не могла знать, что Ибби вряд ли поймет и половину ее слов.
Тон Шерр был мягким, на лице читалось добродушие. Впрочем, все та же усталость сохранялась. Отчего она не улыбалась, уголки губ были приподняты лишь слегка. Но и этого должно было хватить, чтобы девочка могла понять дружественный посыл.
Серпьенте же молчала. Однако взгляд ее медленно переполз с ребенка на ее спутницу, когда змея услышала, как та представилась. Боги, она ведь все еще даже не видела себя дальше амплуа члена эспады и дочери своих родителей. Что..? Что они здесь делают?
«Это Ибби, моё лучшее творение», – вспомнились слова того самого ублюдка, которого Койот так и не смогла сожрать. Как жаль.
— Как твоё полное имя? – все также участливо спросила Шерр, не сводя глаз с девочки.
Она не могла сейчас даже предположить, что это существо не знало ни фамилии, ни своих кровных родителей. Подобная мысль вряд ли бы сразу посетила голову той, кто вырос, окруженный заботой и любовью… и все же сейчас был здесь. Казалось бы, совершенно не к месту. Но ничего не поделаешь.

Отредактировано Sherrigan Coyote (18-06-2018 02:47:24)

+2

4

Смешанные, но слабые чувства охватили ребенка, когда появилась та, что убила господина Гойо и остальных. Розововолосая не знала как назвать какое-то одно из них, да и каждое второе подавлялось ее скромностью и осторожностью. Что-то в самом далеком углу подсознания требовало, чтобы она кинулась на "дочь самого Примеро из семейства Койот", стуча маленькими кулачками по ее груди и требуя вернуть ее друзей. Но голос этот был тихим, словно понимал, что покойных это не вернет, да и не были они все ей хорошими товарищами.
Уверенно можно заявить что Ибби находилась в замешательстве, проглатывая очередной внутренний порыв один за другим, понимая, что стоящая перед ней в разы сильнее и может стереть ее с лица леса просто дунув. Без слов женщины та даже не думала о том, что ей могли что-то принести, отнесясь к мертвячине с безразличием. Лучше так, чем сидеть и капать слюной, думая о том, как другие будут это поглощать.
Девочка ухватилась за лапу туши, подтягивая ее к себе. Это без излишней скромности, поскольку ее часто наказывала не нерасторопность. Ставить указ что делать под сомнение не стоило, те кто говорили что от нее хотят всегда точно знали свои желания. С другой стороны розововолосая была удивлена из-за того, что ней не бросили обычные крохи, так непривычно щедро. Но и в объедках были и свои плюсы. Несмотря на то, что у нее не было возможности выбирать, ей не приходилось и разделывать свою пищу. Потому вместо того чтобы сразу приняться за угощение, Ибби принялась сверлить его зелеными глазами, как если бы надеялась, что оно само сейчас превратиться в полоски мяса или кость, облепленную едой. Ничего подобного не происходило, поэтому она открыла рот и наклонилась к трупу, но не успела ничего сделать, как с ней опять заговорили.
На представление женщины она покивала, пытаясь запомнить все правильно. Никто не любит, когда его называют не своим именем. У нее почему-то было очень длинное имя и девочка задумалась о том, можно ли его сокращать и как именно это делать. А если ей не нравится когда обращаются лишь по какой-то части, то так можно и разозлить.
- Шерриган Койот, дочь бывших Примеро и Трес Эспады, ранее занимавшая в Белом замке место Сегундо-сан, - обратилась к ней девочка, чуть хмурясь во время произношения имени и пытаясь правильно сказать все-все. К ней всегда относились лучше, когда она делала все, как ей говорили. - Меня зовут Ибби.
Девочка потупила взгляд, понимая что то, как ее назвали не идет ни в какое сравнение с этим длинным и красивым именем, которое только что произнесла собеседница. Но она рисовала себе в голове, что, может быть, ей давали по кусочку за что-то. Ты сильный арранкар - у тебя может быть еще кусочек, прямо как у Ннойторы есть Джируга. Она не знала сможет ли стать лучше в плане способностей, но вдруг ей дадут еще кусочек за то,что она улыбнется всем-всем в лагере? Никто больше такого не делает.
Стоит начать сейчас.
Ибби подняла голову, а затем и уголки своих губ. Нельзя сказать, что улыбка выходила неискренней, просто замученной, девочка действительно хотела попробовать что-то такое в адрес всех и каждого. чтобы знать потом, если товарищи падут, что она успела им улыбнуться до того, как это произошло. Тетенька перед ней вела себя уверено, не похоже что ей что-то угрожает здесь. Выходит, та остается рядом с Ибби. Это делает ее товарищем.
Арранкар вновь наклонилась, открывая рот и кусая тушу за место помягче. Сразу оторвать кусок у нее не вышло, потому она разжала челюсь и сжала еще разок, языком убирая все те соки, которые непослушно вытекали. Все собрать у нее не получилось и струйка ползла по ее подбородку. Девочка оторвалась от занятия, чувствуя что у нее не очень получается, после чего опять натянула на лицо улыбку. Пусть не выходит, но женщина с длинным именем первая дала ей столько еды.

+2

5

Шерриган не сразу поняла, почему девочка повторяет все ёю сказанное. Если быть честной, первая мысль, что посетила ее голову – возможно, ребенок недоразвит. Это было бы вполне ожидаемо, если все же прийти к выводу, что она с самого рождения жила в лесу. Впрочем, в этом Койот не могла быть уверенной.
Только к концу слов девочки, когда та и сама представилась, Шерр поняла, в чем дело. Смешанные чувства. С одной стороны, подобная скромность не могла не умилять, с другой же было тошно от того, что для этого существа оттенки раболепства были абсолютной нормой, даже когда дело касалось таких повседневных вещей, как обращение. Именно поэтому экс Сегнудо никак однозначно не отреагировала и просто спокойно поправила розоволосую:
— Шерриган. Можно просто Шерриган, – каждый раз, когда она пыталась произносить своё полное имя мягким тоном, её не переставала посещать мысль, что оно продолжает звучать грубо.
На секунду она задумалась, стоит ли представить Серпьенте, но выбор был очевиден. Змею, кажется, что-то располагало к этому ребенку, однако это не значило, что стоит раскидываться ее именем направо и налево. Они все же в лесу. И ей все еще здесь не нравится.
Из-за того, что Койот отвлеклась на свою спутницу, которая продолжала взглядом пожирать девочку, она не сразу заметила, как Ибби сделала неудачную попытку прокусить тушу. Отчего в глазах Шерр моментально отразилось удивление. «Она не умеет пользоваться гонзуи?» С каждым новым действием маленькой арранкарши, экс Сегундо все лучше понимала, что та явно росла совсем в отличной среде от ее собственной. Печально. Бывшая эспада наблюдала за этим актом варварства не без легкой задумчивости и грустной нотки осознания в глазах. Для нее поедание сырой пищи абсолютно точно не было нормой, пока она жила в стенах Белого замка. Родители подобное бы никогда не одобрили. Да что там. И мысли такой появиться не могло. Ей вообще казалось, что умение использовать гонзуи для арранкар настолько же обычная вещь, как обладание речью. Или осознание, как нужно ходить. В общем, прививается родителями с самого рождения. И сколько бы Койот уже не кричала тому же Ригарду, что арранкары – это животные и с этим стоит смириться, она точно не оправдывала этими словами каннибализм в подобном виде. Поглощать прочих пустых путем гонзуи – это одно. Поедать их – совсем другое. Впрочем, плоть одного из тех ублюдков, которая оказалась на её зубах после всплеска какого-то поистине животного голода, все еще легким привкусом отдавалась на языке. Это было не просто сытно… Это было вкусно. Шерр невольно поджала губы, ловя себя на этой мысли. Что бы подумал о ней отец, услышав подобное, а уж тем более увидев. Ужасно.
Однако именно в момент подобного самобичевания из-за очередного своего внутреннего конфликта, Койот вдруг увидела улыбку Ибби. Замученную, однако все равно явно искреннюю. Ребенок, что вырос в таком ужасном месте, вынужденный поедать плоть своих собратьев и каждый раз видеть, как они умирают. А главное, тот, кого явно использовали как кусок мяса, что можно в любой момент бросить на меч кого-то вроде самой Шерриган… она улыбалась ей. Экс Сегундо вновь не скрывала удивления, что отражалось теперь на ее лице. Нет. Теперь это даже можно было назвать шоком. Буквально на пару мгновений, но все же. Что с этим ребенком было не так? Как она могла продолжать улыбаться? Будучи пару дней ранее второй в иерархии Белого замка и просто считая себя одной из сильнейших арранкар, Койот не была уверена, что смогла бы перенести все то, что, возможно, приходилось переживать этой девочке. И при этом сохранить улыбку на своем лице. Боги, этот ребенок поистине был необыкновенен.
Удивление в глазах медленно сменилось на добродушие и одобрение. Таким взглядом смотрела на саму Шерриган когда-то мать, слыша, как та упорно хочет стремиться к своей цели стать сильнее и вступить в ряды эспады. И именно такой взгляд был самым теплым воспоминанием о Халибелл в сердце Койот. Она невольно расплылась в улыбке. Мягкой и искренней. И не было сил и возможности более даже думать, что это существо только что пыталось откусить кусок сырой плоти. Вернее Шерр больше не приходила в голову мысль, что это так уж отвратительно. Не потому что она вдруг поняла, что поедать сырое мясо – это нормально. Просто приняла тот факт, что ребенок по-другому не умел. Ей явно никто никогда не объяснял, что существует иной способ. И сейчас экс Сегундо словила себя на мысли, что хотела бы стать тем, кто ей это прояснит. Впрочем, сейчас было не до этого. Девочке стоило восстановить силы, а для того, хочешь, не хочешь, но придется поесть.
Шерриган медленно поднялась с места и также неспешно проследовала к противоположной стороне от туши. Её занпакто остался лежать на том же месте. После чего Койот села рядом с ребенком и принялась осматривать безжизненное тело. Вздох. Да уж. Вот он тот момент, когда Шерр еще двадцатилетняя папина девочка, которая и сама не умеет разделывать «пищу», представляя процесс лишь весьма поверхностно. Но начинать с чего-то да надо.
— Ты любишь что-то конкретное? – не очень представляя, что вообще может привлекать из сырого мяса, с искренним непониманием обратилась Шерр к девочке. – А, впрочем…
Она не дождалась ответа. В правой руке появилось светящееся лезвие из реацу. Не очень длинное, скорее похожее на нож. Койот перевернула быстрым движением труп на спину и принялась вспарывать брюхо. Не очень умело и грубо. Втыкая нож слишком резко и глубоко. Кровь моментально брызнула на лицо, заставляя прикрыть один глаз. А затем алая дорожка достигла губ. Шерр невольно облизнулась, не без мысленного укора в свою сторону. Вкусно. Страшно. Но вкусно. Послышался невольный вздох Серпьенте, что предпочла спустится по другой руке экс Сегундо на землю и свилась в клубок между ею и девочкой, все еще продолжая смотреть на последнюю. Теперь не только потому, что та была ей интересна, но и из-за нежелания наблюдать за своей спутницей и предугадывать ее испорченные мысли.
Шерриган, тем не менее, провела четкую линию вдоль живота, вспарывая тем самым ее жертве брюхо. После чего она, словно уже даже несколько входя во вкус, отрезала кусок мяса с ладонь, который показался ей наиболее симпатичным. Боже. Почему она думает о сырой плоти, как о чем-то дальше мертвячины?
Койот протянула кусок девочке, лицо ее при этом было нейтральным, хоть в действиях и читалось явное расположение к той.
— Я бы предложила его пожарить, но моё умение в приготовление пищи ограничивается тем, что мы можем кинуть его в костер и подождать.
Шутить экс Сегундо, увы, не умела. Хотя конкретно в этой глуповатой попытке хоть немного смягчить ситуацию, где она разделывает чертов труп, была явная доля правды. После того, как кусок был передан в ручки Ибби, Шерр убрала с ладоней и лица кровь, используя гонзуи.
— Давно ты живешь в Лесу? Кто твои родители? – ох и не даст она спокойно поесть ребенку со своими расспросами…

+1

6

- Шерриган, - повторила она за ней, кивая. У других лесных нет таких длинных имен, как у победительницы. Почему же она не хочет чтобы использовали ее полное? Девочка наклонила голову, просто размышляя об этом, но не думая спрашивать напрямую. Ладно, что у нее нет похожего, но она знала, что то, как тебя должны называть, может не нравиться. Ей ее "Ибби" не сильно-то и было по душе. В нем всего три звука, такое короткое.
У нее не было возможности выбирать что есть. Ей давали какие-то куски и девочка их поглощала, будучи благодарна за то, что у нее есть хоть что-то. Чаще всего это было что-то из того, что не хотел никто, но она не жаловалась. Да и Шерриган не стала настаивать на том, чтобы она дале ей ответ, уже придумав что-то и взявшись за дело. Только и успев что "заморить червячка" девчока с лишь возрастающим аппетитом смотрела на то, как отрезают кусок чтобы его было удобнее жевать. Благо голод не довел Ибби до такой одури, чтобы она лезла под светящийся ножик, возникший в руках Койот как будто из воздуха.
- Это какой-то фокус? - девочка блестящими от любопытства глазами смотрела на клинок, разрезающий Пустого. Таких трюков она от других арранкаров не видела, но если еще говорить перед тем как такое делать что-то вроде "сейчас будет фокус" или "приготовьтесь, сюрприз", то появление оружия из ниоткуда может выглядеть очень эффектно. - Я тоже бы так хотела.
Обычно к похвале собратья относились если не благосклонно, то безразлично. За комплименты Ибби еще никто не наказывал, поэтому она не стеснялась выражать хотя бы свое восхищение. Она разве что в ладоши не хлопала и то только потому, что сидела совсем близко с девушкой, которая помочь ей пыталась, а если начать дергаться, то и ее задеть можно и просто поднять шум, который она может не любить. Очень многие просили ее заткнуться, оттого девочка привыкла, что старшие любят покой.
- А не сгорит? - она помнила как ее однажды Агата толкнула в огонь, он очень жжегся, а ее одежда потом была вся в дырах. Ей казалось, что мясо все почернеет и будет на вкус как пепел. У нее так много вкусности сегодня, вовсе не хочется попросту выкидывать ту, это было бы все равно что испортить свой единственный праздник. Поэтому вместо попыток готовить, розововолосая кусанула за ту часть, что отрезала для нее Шерриган, котоая тем временем задала ей вопрос. - Ммм... С тех пор как Савьер привел меня в лагерь. Давно.
Ибби не могла сказать когда это было. Она не умела считать и время для нее давно было разделено четко лишь на две категории "сейчас" и "до этого". Посчитать сколько раз она успела поспать с тех пор как это произошло было непросто, да и никто бы не гарантировал, что девчока не делала этого несколько раз на дню. Особенно когда Вилфредо колол ей что-то новое. Да и добавленное ею в конце "давно" было неуверенным, да и девочка не пыталась скрыть своего замешательства. Что для этой тети "давно", а что "недавно"? И накажут ли ее, если она сейчас ошиблась?

- ... я не знаю, - у нее было понимание значения слова "родитель", среди лесных были те, у кого были дети, но у нее вроде бы никогда их не было. Был все тот же Савьер, но Ибби не знала приходится ли тот ей отцом. Он никогда не просил его называть "папа", отзываясь исключительно на свое имя. На тот момент, когда он был рядом, ребенок даже не задавался подобным вопросом, полагая что совершенно нормально быть самим собой при ком-то сильнее и не важно где ты этого другого встретил, по крайней мере, до тех пор пока тебя не пытаются скушать. В такт своим мыслям, дитя сделало еще один укус, после чего неуверенное в том, можно ли ему продолжать, добавило: - Мы с Савьером пришли в Лес давно. Его убили за непослушание, он разозлил тех, кто были сильнее. Потом Вилфредо пообещал заботиться обо мне и очень старался чтобы сделать меня такой, как я сейчас.
Шерриган это уже вроде рассказывали, но Ибби, явно польщенная вниманием к своей скромной персоне, даже вскочила на ноги, забыв об усталости, о голоде, о недоеденном мясе и о том, что еще недавно они были по разные стороны в бою. Девочка крутанулась вокруг своей оси, как если бы хотела продемонстрировать новую юбку или платье, но на самом деле показывала свои ноги и хвост. У других таких не было, Вилфредо очень старался чтобы она выглядела так, это повод для гордости.
- А Шерриган давно в Лесу? - в ответ поинтересовалась она, останавливаясь на месте и с интересом разглядывая ее. - Почему тебя хотели убить? Ты разозлила кого-то в лагере, Шерриган?

+2

7

Шерриган осматривала Ибби без того же восторга, с каким говорила о своих особенностях сама девочка. Её внешний вид был… ненормален. Многие бы скорее назвали его уродским, нежели стали гордиться подобными особенностями. В Койот чувства какого-либо отвращения точно не было. Скорее легкая тоска. Она оставалась неподвижна, однако взгляд серо-голубых глаз очень внимательно следил за каждым движением ребенка.  Какая же она… живая. На фоне всей этой вечной пустыни и мертвых деревьев. Да, сколько же в ней жизни. Это заставило улыбнуться. Устало, но не натянуто. К тому же ей не хотелось, чтобы новая знакомая решила, словно её внешний вид и правда не нравится Шерр. Более того, в будущем Койот будет пресекать любую даже мельком проскочившую мысль в голове Ибби, словно то, что она выглядит не так, как прочие арранкары – плохо. Не уродство, а индивидуальность. А каждый, кто осмелился бы сказать обратное, мог и на своей шкуре прочувствовать, что остаться без руки или ноги – куда более «уродски». 
Детская наивность, сквозившая из каждого ее движения, не переставала подкупать. Шерр не любила детей. Не умела общаться с ними. В детстве разве что с Лофтом иногда возилась, но это было так давно. Дети казались надоедливыми и приставучими существами. Наверное, судила по себе. Этот же ребенок явно был ей мил. Во многом благодаря своей скромности и этой самой ненавязчивой детской «харизмы».
Уже после, вновь обратив внимание на оружие, что все еще было в ее руке, Шерр запоздало ответила:
— Просто одна из моих способностей, – она заставила нож исчезнуть, а затем тут же создала новый, куда более длинный и отличающийся по форме, – когда-то меня ей обучил мой отец.
К слову, именно в момент, когда Шерр впервые смогло создать оружие из своей реацу, она впервые увидела, что Старк правда был заинтересован ее успехом. Способность была похожа на его собственное Колмильо. Подобная схожесть даже в этом не могла не умилять. 
— То есть, в Белом замке ты никогда не жила? – уточнила экс Сегундо, а затем принялась отрезать от мертвой туши еще один кусок. Ибби, конечно, не доела первый, но протыкать орудием мясо было словно приятно. Такое податливое. Шерр оставила отрезанный кусок на месте, дабы девочка взяла его, если захочет съесть еще. В конце концов, Койот точно было не жалко.
— Савьер, значит, не был тебе отцом? – раз девочка отзывалась хоть как-то положительно о Вилфредо, значит, ее бывший спутник был еще хуже. Осознание этого вызвало негромкий вздох. Впрочем, все было так, как она этого хотела, верно? Слабый либо умирает, либо прибивается к кому-то более сильному, прося защиты. Это и заставляет его желать стать сильнее, чтобы выживать в этом первобытном мире. 
— Почему тебя хотели убить? Ты разозлила кого-то в лагере, Шерриган?
Койот окончательно оторвалась от убитой туши и подняла несколько удивленный взгляд на Ибби. Значит, она даже не знала, зачем жертвует своей жизнью в бою с ней и просто делала, что говорили? Вновь нотка тоскливости отразилась в глазах. Опять тяжелый вздох. Серпьенте, слушая все это и наблюдая, вновь и вновь лишь осознавала внутри себя, что место, которое избрала для их нового дома ее спутница – прогнило, никогда даже и не будучи «свежим». Стеклянный взгляд змеиных глаз украдкой отслеживал эмоции на лице самой Шерр, которая также понимала, что с этим невинным ребенком здесь происходило всю ее жизнь. Сер словно бы даже сейчас еще надеялась, что после подобных доказательств они все же просто уйдут. Вернуться в Белый замок, махая Примеро ручкой и говоря: «Ой, знаешь, что-то я передумала» – было бы, конечно, сложно, но попытаться можно. Глупость, конечно. Странно, что такое существо, как Серпьенте вообще еще могло думать о подобном исходе. Шерриган знала, куда идет. И любые негативные эмоции сейчас были связаны лишь с симпатией, которую вызывал этот ребенок. В абсолютно другом случае, она бы испытывала гораздо меньше эмоций из-за несправедливостей лесной жизни.
— Можно и так сказать, – тем не менее,  с легкой улыбкой на губах, принялась она объяснять ситуацию, – я вообще могу многих злить, хотя часто сама того не хочу.
Как расплывчато. Но не могла же Койот ответить, что Джируга просто отбитое животное, которое решило сделать ей такой вот «подарок» в честь воссоединения со старыми товарищами и своими идеалами. Возможно, ему вообще просто было скучно.
— Знаешь, окружающих иногда злит, что кто-то живет лучше них самих.
«Особенно когда ты их в это высокомерно тыкаешь носом,»  – тут же прозвучал отголосок змеиного шепота в голове, явно напоминающий Шерриган, что та точно не просто бедная девочка, которую все обижают, в отличие от этого дитя. Но в ответ на это Койот лишь усмехнулась. Что правда, то правда.
— К тому же я пришла из того самого Белого замка. Здешние жители считают тех, кто проживает там – своими врагами. А пытаться убить своего врага – это… – она запнулась, понимая, что слово «нормально» никак не хочет срываться с губ. В голове словно что-то щелкнуло, порождая желание «не учить ребенка плохому». Шерриган даже на секунду тихо засмеялась, осознавая своё поведение. Как нелепо.
— Впрочем, неважно, – сохраняя улыбку, прервала себя она окончательно.
Затем лицо стало серьезнее. Без лишней строгости или грубости. Совсем легкая одобряющая улыбка все еще сохранялась, когда Шерр смотрела на девочку.
— Ибби, что ты думаешь делать теперь, когда Вилфредо мертв? – она не боялась произнести этих слов. Возможно, сейчас ребенок все еще заблуждается и может грустить из-за смерти ученого, но уж Койот точно знала, что когда-нибудь и она поймет, что тот был не более чем мусором.

+3

8

- Белый замок, я не думаю что я его видела, - какое там "жила". Девочка извиняюще улыбнулась собеседнице. - Я видела много белых предметов. Маски, кости! Одежда. Но я не думаю, что знаю как выглядит замок.
Раз в нем можно было жить, значит, это что-то вроде их лагеря, только белое, раз называется "белым". Иначе бы ведь не придумали такое странное (если оно черное или цветное на самом деле) имя для этого места?
- Я... я не знаю. Мы были долгое время вместе прежде чем оказались в лагере. И я не думаю что помню что было до этого. Если отцы учат спососбностям, то Савьер не был моим отцом. И он мало что о себе рассказывал, - точнее ничего. Ибби покачала головой, продолжая кратко излагать свою незатейливую историю, пользуясь тем, что ее слушают: - А я не могла спросить, зато мы вместе много охотились. Когда на меня нападили другие он их побеждал, а мне потом можно было есть остатки. А разговаривать меня научил Вильфредо. Если бы я не умела, то ему трудно было бы мне помочь.
Она имела ввиду свой внешний вид, приобретенный вместе с навыками речи от этого знакомства. Разговор же тем временем перешел на личность ее новой знакомой. Койот казалась разумной, до разумного спокойной по сравнению со всеми теми, кого знала Ибби. С девочкой мало кто вел беседы, особенно столь продолжительные, как эта. Ей мало что рассказывали, хотя бы потому что не считали нужным. А причина почему от Шерриган хотели избавиться казалось такой знакомой. Дитя закивало, показывая что понимает как это бывает. С ней самой это случалось чуть ли не постоянно, только для того чтобы от нее избавиться не надо было посылать целый отряд. Да и настолько она еще никого не злила. Или Вильфредо о ней заботился, как и обещал, и прогонял всех тех, кто мой ей навредить, да так хорошо, что она ни одного из них не видела. Скорее всего так и было!
Что бы собеседница ни спрашивала, но сам смысл вопроса растворился за формулировкой. "Что ты думаешь делать теперь" звучало обычно когда что-то шло не так и кто-то из взрослых строгим голосом этим интересовался для того, чтобы узнать как ребенок собирается исправлять этот прокол. При этом вопрос оставался тем, на который никто не ждет никакого ответа на самом деле. Риторическим, точно-точно. Вильфредо любил повторять это длинное трудное слово каждый раз когда Ибби пыталась ответить тогда, когда ему это было не нужно. А делалось это все не для того, чтобы она чему-то научилась, но лишь затем чтобы пристыдить. И сейчас она в очередной раз испытала это жгучее чувство, решив, что ее обвиняют в смерти медика. Если бы она была лучше, то он смог бы использовать ее с большим успехом и сейчас был бы жив.
Но тогда Шерриган, которая делилась с ней целым большим-большим Пустым сейчас не было бы здесь. В их мире очень часто остается кто-то один. Или несколько, но если они заодно.
Как же трудно выбрать фаворита из двух взрослых, где одного ты знаешь вроде как давно, а другой такой добрый и кормить тебя вкусностями. Вроде первый строгий и много чего от тебя хочет, но иногда даже хвалит то, как хорошо тебя усовершенствовал. А щедрая тетя... она щедрая! Но если выбрать ее, то это будет считаться предательством? Но Вильфредо мертв и ей на самом деле ничего выбирать не надо.
- Эрм... Шерриган, а вы остаетесь в лагере? - она уже не кружилась беззаботно, как минуту назад, оттого вспомнила манеры и обращалась как положено. И девочке в голову не приходило мысли вроде "раз она победила Вильфредо, то пусть теперь вместо него обо мне заботится!", скорее интересовало мимоходом ли та здесь, ведь не все задерживались. Да и если уж на то пошло, то и судьбу ее решать скорее всего все-таки Койот, а не самой Ибби. Розововолосая здесь в качестве слабой, а такие не выбирают. Девочка опустила глаза в пол, поджимая хвост и разве что не шаркая ножкой по земле. - Оставайтесь? Вы очень сильная, вас никто не станет обижать больше. Теперь они знают, что вы сильная и не станут лезть в драку.
Ей хотелось показать той где все у них находится. С девочкой так редко нормально разговаривали, что она была рада любой практики вне опытов Вильфредо, которых больше не будет. Пока что предложения, которые она произносила, были неуклюжими и девочка сама это понимала, чувствуя разницу между своей речью и другими. Старшие знали больше слов чем она и красиво расставляли их, когда говорили.

Отредактировано Ibby (30-06-2018 12:54:58)

+1

9

С новыми подробностями в рассказе о жизни девочки, Койот уже ничему не удивлялась.  В том числе и тому моменту, что ее использовали поначалу всего лишь как приманку для охоты. А затем как материал для опытов. Какое отвратительное потребительское отношение. Эта история заставила саму Шерр задуматься о своей обиде на отца за его уход и попытку реализации каких-то собственных непонятных амбиций, что чуть не обернулась для нее смертью. Её ведь с самого рождения любили. Так, что любой ребенок Лас Ночеса позавидовал бы, не то что эта девочка. И Койот еще на что-то там жаловалась. Как глупо.
Последние слова Ибби невольно заставили Шерр вновь улыбнуться из-за непонятного чувства все того же умиления. Единственное, что до глубины души вводило в шок – как этот ребенок смог сохранить в себе столько светлого, если всю свою жизнь только и видел потребительское отношение. А она сама стала  той еще высокомерной эгоисткой, хотя росла в кругу любящей семьи, а потом и вовсе отказалась от последней и ушла сюда… В этом мире явно что-то идет не так.
— На самом деле, у меня есть семья и дом, – она осеклась, на секунду задумавшись, а затем поспешила себя поправить, – …был дом. Но после всего случившегося, я не могу вернуться туда. Да и не хочу.
Последней своей фразой Шерр словно бы убеждала саму себя в истинности своих слов. На душе было тяжело. Во взгляде читалась явная тоска, хоть и говорила арранкарша с легкой улыбкой на губах. Позади осталось так много родного и дорого ее сердцу. А здесь нет совершенно ничего и никого. Было страшно. Она не признает этого в слух, но становилось не по себе от мысль об одиночестве. Старковская кровь и его воспитание давали о себе знать. Она в той же мере боялась этого самого треклятого одиночества, как и её отец когда-то. Вечно живущая скорее ради других, нежели для себя. Что ей было делать теперь, оставшись одной? Казалось бы, учиться жить самостоятельно. Или же…
— Ибби, – с более широкой улыбкой мягким тоном начала она, – хочешь остаться со мной?
Серпьенте подняла голову, переводя свой стеклянный взгляд на Койот. Вновь ее никто не спрашивает. Впрочем, змея была только рада подобному решению. Близость с этим ребенком все еще казалась ей той самой ниточкой, что будет держать человечность Шерр рядом, а не позволит той испариться под гнетом грязного мира Леса.
Экс Сегундо не собиралась настаивать. Хотя она была той еще собственницей, которая привыкла получать то, что хочет, а затем удерживать это рядом всеми силами. Подобным образом Койот относилась в том числе и к родным существам, что было прекрасно видно по её отношениям с отцом. «Я не люблю, когда мои вещи трогают чужими руками,» – великолепное кредо, которое описывало её эгоистичное настроение в отношении кого бы то ни было, кто стал близок её душе. И в своё время Шерр просто повезло, что друзьями ей стали личности по-своему одинокие. Появись рядом с Амайей кто-то, чье нытье она бы также стойко терпела в своих покоях, или начни Ригард когда-то тренироваться с кем-то другим вместо нее, и Койот бы изнывала от черной ревности, не имея возможности внятно объяснить свои собственные чувства. Однако эта девочка… кто еще её спросит, чего хочет она сама? Любой эгоистичный порыв внутри Шерр просто сказать: «Ну, значит, будешь жить со мной» – ломался при мысли о судьбе маленькой арранкарши. Да, её было жаль.  Но жалость – это оскорбительно, поэтому проявляться подобное чувство в полной мере экс Сегундо не собиралась. Всё что она могла – это спросить у девочки, что та хочет сама, а не настаивать по праву более сильного.
— Я не особо хороша в готовке, – вдруг решила пошутить она, хоть и знала, что делает это глупо, – да и доброй меня назвать можно едва ли. Но я смогу тебя защитить и не буду требовать взамен… – Койот запнулась, понимая, что не стоит так просто и прямо говорить Ибби, что ею просто все это время пользовались, – … ничего не буду требовать. Просто будь рядом.
Последние слова было выдавить из себя тяжело, отчего они были сказаны на тон ниже.
Ей все еще было страшно. Даже сейчас она вновь не хотела быть одинокой. И пусть вся эта ситуация в итоге спишется в её голове на обычное "удачное стечение обстоятельств", на самом же деле ей слишком повезло сразу встретить кого-то, кто нуждался в ней. Потому что она сама не меньше нуждалась в том, кем сможет заполнить пустоту в душе, образовавшейся после обрыва всех прошлых отношений, оставшихся за стенами Белого замка...

+2

10

Розововолосая никак не могла найти каких-то слов для того, чтобы как-то прокомметировать невозможность возвращения Койот к семье. У нее самой такого близкого круга никогда не было и она понятия не имела чем он, чем самое это слово "семья" может отличаться от их сброда в лагере. Они ведь тоже живут все вместе. И кушают в компании друг друга. Девочка понимала что там есть какая-то родственная связь, которая делает так, что внешне похожи носители одной фамилии, но за исключением этого не представляла себе как это работает. Наверное, Шерриган не может вернуться к ним потому что они на нее злы настолько, что тоже прикажут ее убить. Койот точно говорила о том, что умеет доводить других, когда этого сама не хочет.
Девочка кивнула, но затем опомнилась и спросила:
- А можно?

За этим собеседница принялась рассказывать о своих сильных и не очень сторонах. Девочка кивнула с серьезным видом. То, что взрослая тетя не умела готовить было ясно, та предлагала ранее сжечь мясо и даже ей, мало что понимающей, идея казалась сомнительной. Относительно доброй малышка уже не была с ней согласна, потому как впечатление у нее складывалось иное. Да и странно слышать от кого-то "я не добрый, я плохой, бу". Когда к ней подходил покойный медик, то говорил о том, что он хороший и защитит ее. И что нормально, сообщил о том, что требуется для его опытов ассистентка. Да-да, окружающие всегда хотели что-то в обмен на что-то. Так это работало, но тут ей неожиданно говорят о том, что можно иметь защиту просто так. И это могло бы вызвать у нее подозрения, но малышка смотрела на Шерриган и видела не страшную взрослую, которая убила тех, кого она знала, а скорее расстерянную сверстницу. Пусть она и пыталась это спрятать, но в ее глазах промелькивал страх. А ведь его не было в том бою, не было и тени того.
Розововолосая обняла ее, тыкаясь носом куда-то под грудь, но не обращая на это внимания, ведь делала она это с закрытыми глазами. Ибби не составляло труда ее простить за павших товарищей. Они выполняли приказ, а Койот защищалась. Если бы она не убила их, то они бы это сделали с ней. Девочке вовсе не надо было этого объяснять. И поэтому ей ничто не мешало рассматривать предложение своей новой подруги из белого большого замка как просто просьбу без какого-либо подвоха и маленький арранкар могла поверить в то, что кому-то другому может быть одиноко настолько, чтобы обратиться к другому за тем, чтобы он составлял компанию.
- Шерриган, а кто это? - девочка оторвалась от Койот, глядя на змею, о которой ей ничего никто не говорил. Она не думала о том, что та могла случайно заползти к ним, ведь видела ту раньше. Ее новая подруга должно быть слишком привыкла к присутствию змейки настолько, что забывала о том, что та рядом. Или же не считала нужным рассказывать всем "о своем великом эсперименте", как это делал Вильфредо. Но Ибби ничего не могла поделать с собой, ей было любопытно и пока что на ее вопросы отвечали с большой охотой, отчего она не постеснялась задать еще один. Когда-нибудь ее остановят, едва собеседнице надоест давать ответы, хотелось лишь верить, что это произойдет при помощи слов, а не ударов.
"Ублюдок," - всплыло в ее памяти голосом собеседницы. - "Шерриган не понравилось то, что Вильфредо контролировал меня при помощи зампакто. Или же ей не понравилось то, что мне было больно? Пусть я отчасти благодарна способностям господина Вильфредо за то, что находясь под их действием я не издавала лишних звуков, ведь они очень раздражают остальных, но Шерриган думает что в этом нет ничего хорошего? Она кажется мне очень доброй, здесь в лесу я не видела никого, кто был бы как она. И она очень сильная, раз смогла победить всех-всех, наверняка сможет защитить меня, как обещала. Смогу ли я когда-нибудь стать как она?"
Девочку явно восхищали те качества, которых она не наблюдала ни у кого из лесной братии, но та не могла и подумать о том, что кто-то может хотеть от них избавиться для того чтобы стать как остальные в лагере. После того отношения, которое она получила от Вильфредо, где он пытался замаскировать происходящее с ней как то, что она "особенная" и в этом нет ничего плохого, Ибби считала всех отличных от других чем-то хорошим.

Отредактировано Ibby (26-07-2018 08:33:57)

+1

11

Койот лишь вздрогнула, когда почувствовала, что ребенок вдруг прижался к ней, обнимая. Веки расширились от удивления, а растерянный взгляд уперся в розовую макушку снизу. Она было набрала в рот воздуха, чтобы что-то сказать, но поняла, что в голове резко стало пусто. Однако губы так и остались в разомкнутом положении, словно Шерриган что-то да произносила, вот только совершенно неслышно.
Уже через секунду губы не просто сомкнулись, а были слегка поджаты. Не от какого-либо наплыва раздражения, а скорее в муках раздумий. Ей было неловко. Весьма типичная реакция Койот на какой-либо сентиментальный жест. Тем более атмосфера вынуждала её как-то ответить на это. Впрочем, выражать что-то подобное путем прикосновений было легче, нежели подбирать слова. Например, лишний раз обнять Шиффер, вместо того, чтобы выдавить из себя слова о том, как та ей дорога. Но сейчас выбрать даже какой бы то ни было жест в ответ – было все равно сложно. Она ведь знает девочку буквально… день? «Это еще и ребенок!» – с панической ноткой отражались мысли в голове Шерр, – «Они ведь требуют особого отношения… наверное»  Ох… Лофт успел все-таки побыть перед ней ничего не требующим младенцем и дать старшей сестре время разобраться, что она к нему чувствует, прежде чем начать требовать подобного контакта. А сейчас все получилось так… неожиданно. Впрочем, Койот просто все слишком усложняет в свойственной ей манере.
Взгляд переместился в одну сторону, затем в другую, а после уперся в Серпьенте. Девочка все обнимала ее, а Койот продолжала прибывать в состоянии полной растерянности. Змея издала пару странных смешков, которые, как всегда, были похожи скорее на попытки что-то выкашлять, нежели полноценный смех. Наверное, этим она и привлекла внимание Ибби. Однако ничего дельного в ответ Сер отвечать не спешила. Разве что указала хвостом в сторону девочки, однозначно намекая, что Шерриган пора бы сделать хоть что-нибудь. «Ох, правда?» – тут же отразилось ответом в голове рептилии, на что она лишь в очередной раз издала свое змеиное «пше», словно бы усмехаясь.
Койот замялась. Вздохнула. С этакой тяжестью и укоризной. Однако последнее относилось скорее к самой себе. Правая рука, наконец, зашевелилась, поднимаясь. Кажется, она даже думала обнять ребенка, да только на уровне спины той ладонь резко дернулась, словно бы сталкиваясь с невидимой преградой. Шерр раздраженно выругалась в мыслях на саму себя, но ничего поделать не смогла. Отчего ладонь просто легла на розовую макушку, легким и несколько неумелым движением поглаживая ту буквально с секунду. Сама же экс Сегундо в этот момент вновь отвела наполненный чувством неловкости взгляд куда-то в сторону.
— Шерриган, а кто это?
Услышав этот вопрос, а также почувствовав, что Ибби отодвинулась от нее, Койот успокоилась и вновь посмотрела на Серпьенте. Та приподняла голову. Вытянулась вверх. Однако повисла пауза. Шерр ждала, представится ли змея сама, но, видимо, даже для ребенка, который всем своим видом располагал к себе, услышать речь этого существа было еще слишком рано. В будущем Сер заговорит с ней. Довольно неожиданно и случайно, словно они всегда свободно беседовали. Сейчас же её стеклянный взгляд уперся в фигуру ребенка, а затем был переведен на Койот. Змея совсем еле заметно кивнула, этим жестом словно давая разрешение экс Сегундо ответить на вопрос:
— Это Серпьенте.
Спроси Ибби что-то подобное у Шерр днем ранее, та не смогла бы ей дать точного определения, что это за существо и почему оно рядом, но после случившихся недавно событий, в их отношениях, наконец, стало все более чем понятно. Отчего можно было не просто рассказать обо всем любопытному ребенку, но и утрясти вслух для себя самой:
— Обычно арранкары делят свою силу между своим телом и оружием, – Койот указала взглядом в сторону, где все еще на земле лежала оставленная ею катана, – однако мой отец был так одинок, что смог когда-то очень давно разделить свою силу между двумя телами…
Конечно, Старк и Лилинетт никогда и не знали, кто из них являлся преобладающей личностью до момента разделения. Да и был ли это вообще кто-то из них. А значит утверждать, что именно Старк решился на подобное – было неправильно. Но это же Шерриган. В её голове все выглядело несколько иначе, когда дело касалось отца.
— В итоге вместо зампакто у него рядом была маленькая крикливая девочка. – на лице Шерр отразилась улыбка от воспоминаний о семье. – И мне, кажется, передалась эта особенность от него. Серпьенте – часть моей души.
Последнее утверждение прозвучало без каких-либо раздумий, очень уверенно и твердо, несмотря на то что в нем Койот признавала самую важную для себя связь с другим существом. При всей её нерешительности и зажатости, которую она продемонстрировала ранее, об этом  Шерриган всегда, с самого появления Серпьенте, говорила так, словно утверждала вещь абсолютно прозрачную и понятную всем окружающим. Словно Сер и не была отдельным от нее существом, а все еще являлась частью арранкарши.
— И пусть у меня все же есть зампакто, но в ней также скрыта часть моей силы. – Койот протянула руку змее, приглашая ее в обычной манере обвить ту своим длинным телом, та без раздумий приняла предложение. – Поэтому она всегда рядом. Всю мою жизнь.
Койот осеклась. Улыбка резко пропала с лица, уступая место противоположным чувствам. Она слегка нахмурилась и глубоко вздохнула. А после все же добавила:
— Ну… почти всю жизнь.
Однако акцентировать внимание на этом точно не хотелось. Отчего Шерр быстро перевела тему, вновь смотря на девочку:
— Ибби, у тебя ведь тоже раньше был зампакто, верно? Но после экспериментов Вилфредо он исчез, чтобы ты смогла стать такой? Ты помнишь, как его звали?
Койот всегда относилась как-то по-особенному к обычному вместилищу реацу в виде оружия. Наверное, это оттого что она росла, смотря на отца и Лилинетт, а после у нее самой появилась Серпьенте. Шерр не считала, что у них есть личности, подобно природе шинигами, конечно. Дурой-то она все же не была, и о природе их расы знала, хоть и не во всех подробностях. Скорее Койот выдумывала что-то себе сама, высматривая в оружие окружающих их особенности, а может быть, перекладывая на них отголоски характера хозяев. Впрочем, если последнее и имело место быть, то сама экс Сегундо в этом себе не признавалась. Логика в этом вопросе у нее была соответствующая, понятная лишь самой Шерриган. Вот, например, её Серпьенте обладает очень изящным, но стервозным нравом, отчего сама требует к себе должного ухода. Инмортал вызывал нездоровое желание насадить на него собственную плоть. А от Дестино веяло каким-то превосходством, коим хочешь лишний раз восхищаться, нежели раздраженно завидовать. Но опять же… даже сама Шерр понимала, что подобное было скорее ею надумано. Впрочем, относится к вопросу об имени не менее трепетно ей это не мешало. Отчего она и решила спросить об этом девочку.

Отредактировано Sherrigan Coyote (12-07-2018 09:53:46)

+1

12

Такой простой жест. Рука Шерриган легла на ее голову и девочка чувствовала как тепло раскатывается по ее телу. На нее вовсе не применяли ничего лечебного или какую-то другую технику (правда же?), но это было так приятно, как если было магией. Наверное, все дело в том, что подобной ласки она так и не дождалась ни от кого, кого только знала до этих самых пор. Это отвлекло настолько, что она даже не заметила что ей не ответили на вопрос можно ли ей остаться с Шерриган потом.
Отлепившись от подруги, девочка принялась рассматривать часть ее души по имени Серпьенте. Змейка была очень красивая, блестящая и наверное гладенькая на ощупь. Ибби этого не знала. Первому чему научил ее Вильфредо, было то, что смотреть надо глазами, а не руками. И это правило шло раньше всего остального, особенно когда касалось чего-то над чем он проводил опыты, но так же распрострянялось и на все его личные вещи. "Часть моей души" стоит относить ко второму. Ребенку так же хотелось сказать, что ей нравится как выглядит Серпьенте, но не стала перебивать Койот, это невежливо. Поэтому она просто тепло улыбнулась той. Это все не отвлекало от смысла слов, которые произносила арранкар из замка.
- Нет, не знаю, у него не было имени? - с сомнением в голосе произнесла девочка, отрицательно мотая головой. - Понимаете, Шерриган, до встречи с господином Вильфредо, я почти не умела разговаривать, - Ибби вроде бы уже говорила это Шерриган? - Я имею ввиду, что я знала несколько слов, но совсем мало. Два или три или что-то вроде того. Савьер научил меня предупреждать об опасности, но он не любил разговаривать, поэтому мы не разговаривали. И потому что я не умела. У моего зампакто если и было имя, то разве что "Опасность", но это было бы слишком сильное имя для кого-то вроде меня, да?
Она тихо рассмеялась, действительно считая что это интересное имя для зампакто, но она такое точно не заслуживает. А у дочери Примеро и Трес было красивое имя у ее спутницы, такое длинное и длинное, прямо как змеиный хвост. Не то что ее короткий обрубок, который появился при Савьере?.. Раньше?
- А какое имя у вашего зампакто, Шерриган? - поинтересовалась она, но резко осеклась. Она прекрасно знала ответ. Ребенок слышал его во время боя. Перед ней вновь возникла картина, где та звонко вскрикивает имя, созвучное имени змеи, после чего в воздух взметаются черные частички реяцу, откидывая их назад. Девочка попыталась перевести тему: - А что еще случалось с вашим отцом?
Конечно же розоволосая это делала не только потому что не хотела лишний раз вспоминать эту резню, но и из-за того с каким теплом отзывалась об этом мужчине Койот. У нее должны быть о нем еще какие-то истории. Может быть, они потом даже смогут встретиться и познакомиться, а девочка уже будет знать что-то такое, что сможет использовать. Вот скажет ей Шерриган, что ему нравятся зеленые тарелки, а Ибби как раз под руку подвернется плошка такого цвета. Не все арранкары ели руками, поедая буквально из тела противника, как они сегодня. Тот же господин Вильфредо прекрасно обращался со столовыми приборами, пусть ее и не научил, просто кидая ей остатки на землю, где она могла делать с ними что пожелает. Но были те, кто носил их на голове. Вдруг папа Койот тоже так делал? Она должна об этом знать!

+1

13

— Знаешь, когда я была в твоем возрасте или даже старше, я хоть и знала имя своего зампакто, но никак не могла высвободить его силу, – с легкой улыбкой на губах решила подбодрить Койот девочку. – И когда мои сверстники уже во всю могли использовать свой ресуррексион, я только и делала, что разочаровывалась на тренировках из-за своей слабости. Но, в конце концов, я заняла второе место по силе в целом Белом замке. Так что если очень стараться, силы всегда можно добиться. Другое дело – нужна ли она тебе.
На самом деле, через секунду, после сказанного, экс Сегундо и сама несколько удивилась от произнесенной ею последней фразы. Ведь сказала, кажется, несусветную глупость. Они же арранкары, в конце концов, сила – это главное, что предопределяет их судьбу. Впрочем, даже эти рассуждения она почему-то не спешила высказывать Ибби.
— И да, мой зампакто зовут также, как змею. Вернее  у самой Серпьенте немного другое имя, она Сеньёра Серпьенте. Но сеньёр может быть много, а Сер всего одна, поэтому мы всегда его сокращаем, – все это арранкарша говорила слегка поглаживая змею по голове.
Однако вопрос об отце заставил Шерр неожиданно смутиться. Она слегка поджала губы, замолчав. Казалось бы, сейчас ей стоило сказать разве что только: «Он бросил меня», и постараться перевести тему. Вот только сколько бы Шерриган не убеждала себя в глухой ненависти к отцу за его уход, она все же так сильно любила его. Отчего вместо желания лишний раз рассказать кому-то о своей несчастной доли брошенной дочери, вдруг захотелось поделиться чем-то хорошим.
— Ну… он был страшным лентяем и очень любил поспать. – несмотря на свой первый жест вдруг довольно живо и даже вновь улыбаясь произнесла Шерр. – Целых сорок лет управлял целым Белым замком. Постоянно заставлял меня гулять с ним по миру людей. А еще есть всякую людскую гадость. – впрочем, тогда она была не против. – Дарил мне на день рождения странные плюшевые игрушки, даже когда я снова и снова жаловалась, что давно выросла. В детстве заплетал мне косички… по началу, это было больно и получалось очень косо, но со временем научился. А еще все пытался надевать на меня платья, хотя это так непрактично в условиях нашей-то жизни.
Все это Шерриган рассказывала смотря на огонь. Возможно, оттого могло показаться, что ее глаза так горели. Впрочем, на самом же деле она просто говорила о Старке. О том самом, что был с ней рядом, и который все еще оставался самой важной частью ее жизни.
— Когда мама уходила на долгие задания, он разрешал мне не спать всю ночь, всегда уверяя, что и сам будет бодрствовать, но через пару часов уже беспробудно засыпал, где придется. Всегда заботливо привязывал ленточки к моей катане. И невероятно переживал каждый раз, когда после тренировок мне приходилось посещаться медпункт. Конечно же, он и сам очень много тренировался со мной, правда, всегда боясь лишний раз меня поранить.  И несмотря на то что на его плечах лежали заботы целого замка, всегда находил для меня время…
Зачем она все это говорила сейчас? Потому что хотелось. Потому что произнося подобное вслух, создаётся впечатление, что оно никуда не делось, и все еще остается с тобой. Именно поэтому в будущем Шерриган много будет рассказывать Ибби о Белом замке и дорогих ей существах. В ней она снова и снова будет находить некую отдушину, ту самую ниточку, которая еще будет ее связывать с отчим домом. И начало этой самой «привычке» было положено здесь и сейчас. К тому же, совсем не удивительно, что началось все именно с вопроса о Старке.
— В общем, он очень любил меня, – в конце концов, заключила Койот, не желая подходить к той печальной части ее жизни, когда детство закончилось.
А вместе с этим, наконец, вновь посмотрела на Ибби...

+2


Вы здесь » Bleach. New generation » Флешбэк » «Я не один»


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2019 «QuadroSystems» LLC